О тех, кого не испортил квартирный вопрос





Google+
23.10.2010 10:13
Жили-были он и она. Она – москвичка, он – из Подмосковья. Жили неплохо, пока не развелись. А вот после развода стали жить странно.

Познакомились эти, тогда еще молодые, люди в институте. Тогда же и поженились. Так как ни у него, ни у нее своего жилья в Москве не было, поначалу жили с ее родителями. Но потом поднатужились и, с помощью его родителей, продавших хорошо обустроенный дом и переехавших в жилье попроще, купили квартиру. Счастью не было предела. Не то чтобы с ее родителями возникали какие-то неразрешимые конфликты, но теснота и невозможность жить своей жизнью их просто доконали.

Вскоре у них родился ребенок. Это еще больше укрепило и без того дружную семью. Ребенка оба родителя обожали и могли бы добаловать до каких-то немыслимых пределов, если бы не вдруг свалившаяся на семью беда. Муж заболел. А когда выздоровел, оказалось, что все прекрасно, но мужские свои функции он уже не сможет выполнять никогда.

Сначала они решили, что не в постели главное. Но прошло несколько лет, и она поняла, что не сможет жить нормально, не изменяя своему мужу. Она бы и хотела, но Бог наградил ее достаточной жаждой нормальных сексуальных отношений. Нет. Она еще не изменила. Просто поняла, что когда-нибудь это непременно произойдет. И мысль не вызвала в ней отвращения.

Единственное, чего она не могла допустить, – поставить мужа в унылое положение рогоносца. Поэтому, промучившись некоторое время, она приняла решение – развод. Муж отговаривал ее, говорил, что можно как-то устроить свою жизнь так, чтобы никто не страдал, а семья осталась бы неразрушенной, но она не вняла уговорам и, захватив с собой ребенка, ушла.

К родителям возвращаться не хотелось. Она сняла квартиру неподалеку от их с мужем бывшего гнезда. Во-первых, ей не хотелось затруднять общение отца и ребенка, а во-вторых, школа, поликлиника и друзья – все было в этом районе.

Казалось бы, на этом можно и закончить рассказ: грустно, но с кем не бывает? Но не тут-то было. Только она немного обустроилась на съемной квартире, пришел муж (теперь уже бывший) и заявил, что не может допустить, чтобы она с ребенком мыкалась по углам, в то время как он барствует в собственном жилье. Если она не хочет жить с ним – ее право. Но уйдет он.

Она выслушала его внимательно и объяснила, что никак не может принять его жертву. Во-первых, он не виноват в свалившемся на него несчастье, а она поставила его в положение дополнительно страдающего, а во-вторых, это именно она – инициатор развода, значит ей и уходить. В квартиру она не вернется.

Тогда он заявил, что тоже не может жить вот так. Хочет она того или не хочет, он из их совместной собственности съедет. Пусть стоит пустая. И съехал.

С тех пор оба живут, снимая жилье, а их квартира пустует в ожидании. Кстати, он, естественно, тоже снял временное пристанище поблизости. Из тех же соображений, что и она.

Похоже, что обоих это положение дел устраивает, но их знакомые задаются вопросом: пока, еще со времен Булгакова, всех москвичей портил и портил квартирный вопрос, где были эти двое? А может, они тоже неизлечимо испорчены, только мы этого не видим?

Комментарий психолога Варвары Сидоровой:

К сожалению, в таком виде, в каком эта история рассказана, откомментировать ее исчерпывающим образом и сделать однозначные выводы невозможно. Но мы можем предложить несколько вариантов.

Вариант первый:
Возможно, эти люди – участники очень сложных и напряженных отношений. Их развода, хотя формально он и произошел, в действительности не было. Внутренне они не расстались. В этой паре по-прежнему очень насыщенное эмоциональное взаимодействие. Все происходящее – только этап переустройства их отношений.

О подоплеке этого танца по имеющейся информации судить трудно. Но довольно часто такого рода игры устраивают люди, в жизни которых постоянно подспудно существует тема вины, наказания и искупления.

К примеру, многие считают (или приучены к этому) все, что связано с половым влечением, особенно в женщине, недопустимо, грязно и запретно. Женщина, желающая отношений с мужчиной (особенно если она состоит в браке), сразу начинает себя обвинять в этом. Соответственно, поведение жены, лишающей себя житейского комфорта, – это своего рода искупление этого греха.

Что касается мужа, то подспудная позиция масс во все времена предполагала, что настоящий мужчина – самец. А если не самец, то и не совсем настоящий. Соответственно, мужчина, с которым случилась импотенция, может считать себя виноватым и дефективным, не достойным ничего хорошего.

Возможно, два эти чувства вины вошли в противоречие. Каждому из них было бы проще, если бы партнер проявил возмущение. Бремя вины стало бы легче. Но партнеру не до того. Он сам хотел бы, чтобы кто-нибудь снял с него чувство вины.

Вот им и приходится наказывать себя самим, вместо того чтобы договориться о том, что их все-таки может объединять и возможна ли супружеская жизнь в таких обстоятельствах.

Вариант второй:
Может быть, перед нами фрагмент какой-то длинной манипуляции, еще не пришедшей к своему завершению. Но, так как мы видим только маленький кусочек, говорить и делать какие-то выводы тут трудно.

Вариант третий:
А еще можно допустить, что все происходит именно так, как рассказано. То есть встретились два человека с очень четкими и ясными жизненными правилами и желанием этим правилам следовать, вне зависимости от того, насколько это практично и принято в современном мире.

Возможно, это и показалось им самым привлекательным друг в друге, когда они встретились. В конце концов, эта ситуация выглядит необычно, но никому не причиняет зла. Ничего плохого не происходит. И даже если большинство людей поступило бы иначе, это не значит, что данная пара поступает неправильно. И, с большой вероятностью, они найдут компромиссное решение, которое устроит всех.
www.sob.ru

Понравился материал?Подпишись на рассылку
Ваши комментарии:
Ваше мнение будет первым
 
 
Войти